iht.com

Ложные убеждения повсюду. Как показал один опрос, восемнадцать процентов американцев думают, что солнце вращается вокруг земли. Поэтому, уже не так удивительно, что, согласно другому опросу, 10 процентов полагают, что сенатор Барак Обама, христианин, является мусульманином. Кампания Обамы создала специальный веб-сайт, чтобы рассеять эту ложь. Однако для этого может потребоваться больше усилий, чем кажется, так как мозг хранит воспоминания весьма странным образом и тем самым вводит нас в заблуждение.

Мозг не просто собирает и складирует информацию подобно жесткому диску. Сперва факты сохраняются в гиппокампе, структуре, расположенной глубоко в мозгу, размером и формой напоминающей скрученный мизинец толстого человека. Но информация не просто покоится там. Каждый раз, когда мы вызываем ее, мозг записывает ее заново, и в процессе этого пересохранения информация подвергается повторной обработке. Через какое-то время факты постепенно переносятся в кору мозга и отделяются от контекста, в котором были узнаны изначально. Например, вам известно, что столицей Калифорнии является город Сакраменто, но, вероятно, вы не помните, как вы это узнали.

Это явление называется амнезией источника и может привести к тому, что вы забудете, является ли некое утверждение истинным. Даже когда ложь представляется с особой оговоркой, в дальнейшем люди, зачастую, будут вспоминать ее как истину.

Со временем это неправильное воспоминание только ухудшается. Ложное утверждение, полученное из ненадежного источника, и которому вначале не верят, может обрести истинность в течение нескольких месяцев, которые требуются, чтобы перенести воспоминания из кратковременного хранилища в гиппокампе в долговременное хранилище в коре головного мозга. По мере того, как источник информации забывается, само сообщение и его смысл обретают новую силу. Этим можно объяснить, почему во время президентских выборов 2004 года кампании «Swift Boat Veterans for Truth» (Ветераны разведывательных катеров за правду) против сенатора Джона Керри потребовалось несколько недель, чтобы повлиять на его участие в выборах.

Даже не разбираясь в том, что стоит за явлением амнезии источника, стратеги кампании могут эксплуатировать ее для распространения дезинформации.

Им известно, что если некое сообщение будет изначально запоминающимся, то его влияние будет еще долго продолжаться даже после разоблачения обмана. Повторяя дезинформацию, кто-то может подкрепить ее высказыванием типа «кажется, я где-то читал» или даже ссылкой на конкретный источник.

В одном эксперименте группе студентов Стэнфордского университета многократно предъявляли необоснованное заявление, взятое из Интернета, о том, что Кока-кола эффективно растворяет краску. Студенты, которые прочли это утверждение пять раз, почти на одну треть чаще приписывали его журналу «Consumer Reports» (ежемесячный журнал Союза потребителей, публикующий обзоры по различным категориям товаров широкого потребления и результаты испытаний отдельных образцов товаров), а не журналу «The National Enquirer» (еженедельный журнал формата таблоид, специализируется на публикации сенсационных новостей для неискушенного обывателя) — другой их выбор, придавая этому утверждению оттенок правдивости.

К этой врожденной тенденции обрабатывать информацию, которую мы вспоминаем, можно прибавить еще и то, как мозг подгоняет факты в установившиеся ментальные рамки. Мы склонны запоминать новости, которые согласуются с нашим мировоззрением, и отклонять утверждения, которые ему противоречат.

В другом стэнфордском эксперименте 48-ми студентам, половина из которых утверждала, что они поддерживают смертную казнь, а другая половина — что они ее отрицают, представили два доказательства, одно из которых подкрепляло, а другое противоречило утверждению о том, что угроза смертной казни удерживает людей от совершения преступлений. Обе группы сочли доказательство, поддерживающее их изначальную позицию, более убедительным.

Психологи полагают, что механизм распространения легенд основывается на том, что легенды затрагивают какие-то эмоциональные струны. Точно так же и идеи могут распространяться на основе эмоционального отбора, а не в зависимости от их фактуальных достоинств, упорно поддерживая ложь о напитке или кандидате в президенты.

Журналисты и участники различных кампаний считают, что могут противостоять дезинформации, лишь указав, что она ложна. Но, повторяя ложный слух, они, сами того не желая, могут сделать его сильнее. В своем стремлении «прекратить потоки грязи» кампании Обамы следовало бы иметь это в виду. Вместо того, чтобы подчеркивать тот факт, что Обама не мусульманин, они, например, могли бы добиться большего, сделав упор на то, что в юношестве он принял христианство.

Потребители новостей, в свою очередь, имеют тенденцию выборочно принимать и запоминать утверждения, которые подкрепляют уже имеющиеся у них убеждения. При повторном проведении эксперимента с доказательствами за и против смертельной казни, исследователи обнаружили, что даже когда испытуемых прямо попросили быть объективными, они все равно отклоняли доказательство, противоречащее их убеждениям.

Однако в том же эксперименте, когда испытуемых попросили представить свою реакцию на то, что доказательство приводит к противоположному выводу, они стали более открытыми к восприятию информации, противоречащей их убеждениям. Видимо, потребителям противоречивых новостей стоит на момент задуматься о том, что противоположная интерпретация может быть правдой.

В 1919 году судья Верховного суда Оливер Уэндел Холмс (Oliver Wendell Holmes) написал, что «лучшим испытанием истинности мысли служит ее способность быть принятой в атмосфере рыночной конкуренции». Он ошибочно полагал, что правдивые идеи распространяются лучше. Наш мозг по своей природе не подчиняется этому замечательному изречению, но, возможно, лучше поняв механизмы памяти, мы сможем приблизиться к идеалу Холмса.